Олег Фомин: ГЖЕЛЬ. СИНИЙ ПОДГЛАЗУРЕВЫЙ КОБОЛЬТ

принято считать характернейшей чертой гжельской керамики. Все мы не раз видели столь узнаваемые гжельские чайные сервизы или даже полные столовые наборы, где темно-синие мазки, переходя подчас в бледно-голубые, высвечиваются и проявляются как четко вычерченный рисунок благодаря активности белого, казалось бы, нейтрального фона. Волей-неволей, вспоминается здесь одна из алхимических максим: «Положи темное на еще более темное». Однако в нашем случае речь идет скорее о том, чтобы положить одно светлое на еще более светлое. Глубиной оттенков синего цвета мастера Гжели добиваются поистине светового волшебства. Перед нами раскрываются всеми красками необычайные по цветой интенсивности растительные миры, а ведь в употреблении всего лишь одна краска — синий кобольт.
 
 
     Многих наших современников «гжель» — иначе говоря, гжельская керамика во всех ее проявлениях — вводит в раздражение. Оно и понятно. Ведь, как говорится, нет пророков в своем отечестве. Наш взгляд слишком замылен «гжелью». Мы вопринимаем ее как нечто само собой разумеещееся, как культурный фон. У нас «гжели» избыточно много. Она во всех сувенирных лавках на Арбате, она непременный атрибут русского мещанского — если это слово еще не утратило своего значения — быта. И мы уж едва ли не готовы видеть в ней одну из неизбежных русских акциденций — наряду с матрешкой, пельменями, балалайкой, гармошкой и самоварами. Кстати, ни одно из этих явлений русской культуры нельзя назвать подлинно русским. Матрешка — из Японии, пельмени — из Китая, балайка — из Средней Азии, гармошка и самовары — из Германии.
     То же самое можно сказать и о привычном сине-белом гжельском колорите. Увы, перед нами, вероятно, весьма поздний феномен русской культуры. Аналоги обнаруживаются весьма скоро — хотя бы и при шапочном, с позволения сказать, знакомстве с голландскими печными изразцами XVII–XVIII вв. В конце XVII в. голландская печная кладка начинает входить в моду. А в XVIII в. — торжественно шествует по России, благодаря «нидерландомании» первого русского Императора. Голландские кобальтовые изразцы копируются самым прямым и грубым образом, включая не только их стилистику, но даже и сюжеты.
     Что касается гжельской посуды привычной нам расцветки — она появляется лишь в первой трети XIX в. До этого в гжельской майолике доминировали зеленый, желтый, коричневый и красноватый оттенки. Нынешний гжельский музей полон такого рода артефактами — примерами, ошеломляющими набившего оскомину от популярной гжельской росписи посетителя.
 
 
     Однако, согласно иным из исследований, настоящие цвета укоренились в гжельской майолике не намного ранее и работы с использованием этих цветов относятся в лучшем случае к XVII в.
     Принято считать, что до этого использовалась исключительно муравленная полива — конец XVI — XVII в., — а еще прежде — чернолощенная керамика, хорошо известная по современным ростовским промыслам, и терракота. Учитывая то обстоятельство, что чем глубже мы зарываемся в историю России, тем менее достоверна интерпретация артефактов, сказать ничего с уверенностью здесь нельзя.
     Муравленная керамика, — чье название происходит от цвета травы-муравы, — представляла собой керамику, политую зеленой глазурью, использовавшейся для придания изделию известного стеклянно-глянцевого лоска, а также характерного колорита, каковой мог варьироваться от салатного до коричневого в зависимости от добавок.
     Чернолощенная керамика отличалась особой техникой томления, результатом которой был матово-черный цвет изделий.
     Что касается терракотовой керамики, то здесь полива не испрользовалась в принципе, поскольку, как обычно принято считать, не была еще открытой. В глину добавлялся толченый обожженный кирпич, после чего совершался повторный обжиг. Терракотовая техника по праву считается древнейшей.
     Итак, терракотовая техника самая древняя, на смену ей пришла чернолощенная керамика, затем зеленая полива, «муравление», позже — многоцветная «ценинная», от China, Китай.
     Китай — важнейший технологический источник европейской керамики. Китайские секреты фаянса и фарфора были выкрадены европейскими негоциантами, после чего техника эта распространилась по всему миру. И, как принято считать, в Россию такого рода технологии попали только в XVIII в., а то и в XIX в. Но мы уже знаем, чего стоят подобные заявления.
     Никто не может в должной мере выступить достоверным поручителем того, что в те или иные периоды русской истории, предшествующей XIX и даже XVIII вв., в Гжели не применялись техники, чье возникновение впоследствии не стали относить к более поздним временам.
 
 
     Наше гжельское расследование было спровоцировано двумя обстоятельствами. Во-первых, имеются два документальных свидетельства о поиске в Гжельской волости глины для алхимических сосудов, что прямо указано. Первый — времен Алексея Михайловича. В царском указе 1663 г. без обиняков требуется: «во Гжельской волости для аптекарских и алхимских судов приискать глины». На поиски же был послан из Москвы «аптекарских и алхимских судов мастер Пашко Птицкой». Аналогичные распоряжения были даны также Петром I. Во-вторых, занимаясь изразцами печей Царских Палат Ипатьевского монастыря в Костроме, мы пришли к выводу, что фенотипически они ближе всего к той технике, которая позже, с первой трети XIX в., стала доминирующей в Гжели. Изразцы эти по историческим и культурологическим причинам не могли быть выполнены позже второй половины XVII в. Следовательно, искать надлежало либо за пределами России, но этого не позволяла насыщенность костромских сюжетов типично русскими образами (например, лиса и колобок), либо в самой России-Московии, но при этом становилось очевидным, что стилистически костромские артефакты не могли быть атрибутированы ни как балахнинские, ни как ярославские, ни как московские. Иными словами, в нашей стране в то время нигде больше такого в то время не делали. Мы не поленились объездить все эти центры и теперь с уверенностью можем сказать: изразцы Царских Палат в Ипатьевском монастыре Костромы были выполнены либо в Гжели, либо приезжими иностранными мастерами, либо сильно позже — в XVIII, а то и в XIX в. — в Петербурге. Последнее мы отметаем в силу геральдической злободневности костромских изразцов, актуальных по этому своему параметру лишь для XVII в. Второе предположение весьма вероятно. Однако если эти мастера были иностранцами, откуда такое знание церковнославянского языка, использовавшегося в подписях, а также упомянутый чисто русский сюжет с лисой и колобком? Можно, конечно, сказать, что западным исполнителям подскзывали сюжеты местные мастера, но не приводит ли всё это к смехотворной ситуации, когда один мастер-иностранец заказывает, русские мастера придумывают сюжеты и надписи, а приехавшие с мастером-иностранцем подмастерья слушают советы этих русских мастеров? Гораздо логичнее предположить здесь две, а не три стороны. Заказчик, кем бы он ни был, и мастера. Но если эти мастера и приехали откуда-либо, то, скорее всего, из Гжели. В самой Костроме такого рода мастеров не было. По крайней мере не сохранилось никаких аналогичных костромских изразцов. Даже ничего похожего нет. В соседнем Ярославле, древнем изразечном центре, господствовали другие техники. Ничего подобного не было в Балахне, также известной своими превосходными, крайне достойными восхищения изразцами. Нигде мы не найдем ничего подобного. Только в Петербурге XVIII в., но почему эта версия отметается, мы уже объяснили, а также в Гжели первой трети XIX в.
 
 
Храм в Гжели
 
     В связи со всем сказанным, справедливым будет придти к заключению, что гжельская техника синего подглазурного кобальта гораздо древнее, нежели принято считать. Как стало возможным замолчать десятилетия, а возможно, столетия старинного русского промысла — понять не трудно. История наша столько раз подвергалась насилию так называемой «академической науки», понукаемой властью, что в пору уже не удивляться ни чему. Даже история от Фоменко и Носовского в свете подобного рода размышлений начинает казаться уже не столь нелепой, хотя, конечно, «беда коль пироги начнет печи сапожник и сапоги тачать пирожник». Систематическая ежечасная фальсификация истории — неотменимый факт. Даже наша современность полностью сфальсифицирована видимостью так называемой политики. В прежние времена, конечно, люди в основной своей массе были проще. Поэтому и фальсификации требовались не столь масштабные. Что было необходимо изменить? Да всего лишь летописи и символические системы — прежде всего такие вот актуальные промыслы — носители культурной истории настоящего и прошлого. Ластик истории работал всегда. Но в разные времена, в зависимости от степени образованности общества, с разной интенсивностью. Симулировались летописи, взрывались соборы, стирались клейма, сшибались аркатурно-колончатые пояса древних русских храмов, несущих на себе геральдическую информацию, уничтожались артефакты промыслов. То, что дошло до нас в единичных экземплярах — скорее чудо, Промысел Божий, заставляющий нас распутывать хитросплетения псевдоисторических экивоков, чтобы, выражаясь шекспировским языком, пусть и в нашенском несовершенном переводе, «вправить суставы истории».
 
 
Типичный дом в Гжели с характерной резьбой
 
     Первое официальное упоминание Гжели находится в грамоте Ивана Калиты (XIV в.). Хотя современные исследователи, на основании археологических данных, утверждают, что ранней границей основания Гжели следует полагать VII–VIII вв. Один из ранних артефактов Гжели — глиняная свистулька X в. Впоследствии Гжель непременно упоминается во всех завещаниях великих князей. Причем во времена Ивана Грозного Гжель названа ни больше ни меньше как «Государева дворцовая волость». «Что типа круто», — как сказала бы современная молодежь. Местность эта была абсолютно непригодна к земледелию по причине глинистой почвы, в виду чего недостаток и был превращен в преимущество: здешние обитатели занялись гончарным промыслом. Государевой милостью были местные жители пожалованы волей от крепостной зависимости.
     Однако труд обитавших здесь мастеров подчас был не менее тяжким и даже более изнурительным, нежели неволя землепашца — поскольку вся работа, включая вращение жерновов, обеспечивавших размол массы с необходимыми добавками, производился вручную. Лишь у самых «знатных» мастеров размол производился с помощью лошадей. В этом случае в помещении было два этажа. Лошади работали на верхнем. Причем мололи шесть дней подряд, после чего, на седьмой день, масса считалась готовой. В этом, безусловно, можно видеть библейский символизм. Бог творил шесть дней, а в седьмой отдыхал. Первочеловек был тоже вылеплен Богом из глины, как мы помним. Если быть точным, из красной глины. Поэтому совершенно неудивителен символизм этого места, куда посылали за глиной для «алхимских сосудов». К слову сказать, труд одного из алхимиков прошлого, Киприана Пиккольпасси, жившего, кажется, во времена не слишком отдаленные, так и назывался: «Искусство горшечника». Горшечник — Potter, по-английски — то есть колдун, владеющий тайной сосуда или горшка. Сам по себе горшок есть алхимическое делание. И гончар, крутящий ногой ли, рукой ли своей на круге шмат глины, по сути воспроизводит Великое Делание. Он соединяет жидкое и влажное, соблядая температурный режим, ведь без последнего все его старания пойдут прахом. Если станет холодно, состав под его руками станет замерзать, а если будет чрезмерно жарко при избытке влаги, материал перестанет слушаться его и превратится в бесформеную массу. Алхимику необходимо балансировать между сухостью и влагой, между жарой и холодом. В этом помогут ему весы естества, иначе говоря, его собственное разумение. Таков и труд горшечника, всячески достойный уважения, как и труд металлурга, а также труд садовода и огородника. Познав естество, volens-nolens переходишь от условной материи к той, что подсказана Небесами или Добрым Другом Учителем.
     Само слово «гжель» обычно производят от «жечь». Мы не станем здесь удовлетворять любопытство наших последователей, только и ждущих, что мы скажем, будто бы «гжель» — это сокращенно «Гусь-Железный» (ведь если что-то и было упомянуто в стихах, то это творчество, а не наука), или тем паче сокращенно «глину жечь». Мы много и без того говорим необычного, чтобы нам еще сквернить себя всякого рода баснями. Слово «гжель» происходит от «сжигания», от «сжечь», от «сгжель» — то есть сожженное, точнее, обожженное. И это само по себе чудо. Здесь не требуется никакого усложнения. В алхимии «сожженной» именуется «зола, прах, порох». Именно это вещество, породившее на свет образ прекрасной Золушки в Сказках Нашей Матушки Гусыни, впоследствии предназначено стать нашим сульфуром, Серой Великого Делания. Результат обжига, кальцинации — всегда затвердение. Затвердение Камня. И в этом отношении любой гончар — алхимик. Но коли бы всё так было споро все были бы счастливы, бессмертны и богаты. Однако гончарное искусство — очень хороший всё-таки образ алхимического Делания.
 
 
     В гжельском музее мы пытались розыскать настоящую изразцовую печь. Та, что мы нашли, одновременно разочаровала и очаровала нас. Разочаровала тем, что мы не нашли в ней даже малейшего сходства с костромскими печами, да это и не удивительно, ведь была она построена только в конце XIX в., на гребне волны поднимающегося русского национализма, другими пиками которого служили картины Васнецова и позже Билибина, оперы Римского-Корсакова, философия Леонтьева и Тихомирова, проза Лескова и уже грядущие стихи «посла от медведя» Николы Клюева. Очаровала же она своим чередованием сюжетов с Китоврасом и фараонкой — излюбленнейшими народными мотивами нашего исконного творчества. Увидев их в непошлом выражении, поняли мы, что даже в агрессивной среде европейского нигилизма будет жить русская сказка вопреки нашим ненавистникам, «всем бедам назло».
 
 
 
 
 
 
 
     В самой Гжели недавно поставили церковь, точнее, часовенку, облепленную гжельской майоликой. По нам бы — так и всю часовенку можно было бы сделать таковой, включая крест. В конце-концов, мы живем в те времена, когда канонически ничто тому не противоречит. Ведь если даже Патриарх заявляет, что наша национальная идея — футбол, то отчего бы не сделать всю церковь, как единый гжельский монолит. От этого бы хоть красота глазам была. Наверняка она стала бы потом центром паломничеств. Сама церковь прекрасна по формам и даже отчасти напоминает по пропорциям храмы Владимирщины. Неплохо, правда, было бы при этом не забывать, что храмы Владимирщинв на треть сидят в земле. Значит, и новые храмы должны быть выше.
 

Комментарии

Лев Каждан аватар

"Матрешки-из Японии пельмени-из Китая балалайки-из Средней Азии"

Так мы же потому и Евразия что у нас весь быт-монголотатарский .А быт заимствованный из Европы воспринимается патриотической общественностью как вражеская диверсия которой противопоставляется тот что принесен монголотатарами с востока.

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!

Я тебе - про Гжель, а ты мне

Я тебе - про Гжель, а ты мне - про монголо-татар.... :(((( Ты хоть прочел текст? Или так, слово "Китай" искал?

Олег Фомин, главный редактор портала "Артания"

Лев Каждан аватар

Текст прочел.А мой коммент не

Текст прочел.А мой коммент не пернатоязычный да не прочтет.Речь шла о том что тактика обьявлять русским заимствованный быт а русский замалчивать характерна и для патриотического движения тоже в частности потому что оно находится под сильным влиянием евразийской идеи.Поэтому оно за японскую матрешку китайские пельмени и средназиатские балалайки разгромит все "Макдональдсы".Надо было прямым текстом покритиковать евразийство на портале евразийской культуры?Так что ли?

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!

Максим Борозенец аватар

А кобольт - это кобольд +

А кобольт - это кобольд + кобальт?

"При обжиге содержащих мышьяк кобальтовых минералов выделяется летучий ядовитый оксид мышьяка. Руда, содержащая эти минералы, получила у горняков имя горного духа кобольда. Древние норвежцы приписывали отравления плавильщиков при переплавке серебра проделкам этого злого духа. Вероятно, имя злого духа восходит к греческому «кобалос» — дым. Этим же словом греки называли лживых людей.

В 1735 году шведский минералог Георг Бранд сумел выделить из этого минерала неизвестный ранее металл, который и назвал кобальтом. Он выяснил также, что соединения именно этого элемента окрашивают стекло в синий цвет — этим свойством пользовались ещё в древних Ассирии и Вавилоне."

 

Ex Borea Lux!

Спасибо. Хотя я думал, что

Спасибо. Хотя я думал, что про духа кобольда написать - слишком в лоб будет, как моя натяжка. А тут оказывается действительно такая подоснова.

Олег Фомин, главный редактор портала "Артания"

Лев Каждан аватар

Ну кстати такие отравления

Ну кстати такие отравления могут вызывать не только смерть но и галлюцинации.Правда не оксидом мышьяка а свинцовыми парами.Даосский отшельник Ян Си специально медитировал у свинцовой печи чтобы ему начали являться "чжэнь гао"-"совершенные люди."Он оставил под  таким названием целый трактат.

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!

Отто Устриц аватар

Спасибо за статью. Я как раз

Спасибо за статью.

Я как раз последнее время много размышлял на эту тему, именно что представлялся мне Храм из литого белого матового стекла или фарфора (с такой же мягкостью и округлостью всех форм), весь покрытый снаружи и изнутри гжельской росписью! 

При чём интересно, что раньше мне палехская роспись была как-то ближе, а в восприятии Гжели сказывалась та самая "замыленность взгляда". Лишь недавно начала постепенно открываться красота этого стиля.

 

Стиль действительно очень

Стиль действительно очень интерессный, причем имеет свои характерные особенности присущие только ему.пари на матчи
Лев Каждан аватар

У меня кстати университетская

У меня кстати университетская подруга одно время работала профоргом.В Гжель она экскурсию организовывала но меня не взяла ибо я во время предыдущей экскурсии(в Переяславль-Залесский и Ростов) при проезде через Сергиев Посад отымел исихазмом и его связями с суфизмом всех экскурсоводов.Только за то отымел что они запрет Сергия Радонежского исцеленным рассказывать об исцелениях обьяснили скромностью а не мистическим безмолвием.

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!

Максим Борозенец аватар

ОСТОРОЖНО! В экскурсии

ОСТОРОЖНО! В экскурсии затесывается опасный суфодаохаст-рецидивист! Средство борьбы - мистическое безмолвие.

Ex Borea Lux!

бугАга пацталом возгрохотамше

бугАга пацталом возгрохотамше

Олег Фомин, главный редактор портала "Артания"

Лев Каждан аватар

Это был третий курс поэтому

Это был третий курс поэтому дао там еще не было.Но мистического безмолвия Сергия Радонежского и суфия Ниффари сказвашего от имени Аллаха что "тот кто хочет достичь Меня не говорит" хватило на всю экскурсию.

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!

admin аватар

это от АНННЫ

извини, не знаю как переключить.

вот тот сон:

Во сне не было действия, почти одна картинка и много объяснений- ощущений. Стою на каком-то высоченном помосте. Вроде Большой театр без крыши, или Колизей. Одежда царская, похожа на русскую. Но одновременно она из металла- как бы все из ткани, но как в доспехах из металла и фрагментарных кусков, что б двигаться - и имеет прямое отношение к одежде фараонов (их одежду не знаю, но во сне так было «понятно» и именно множественное число- «фараоны»). Внизу- море народов. Расположены они на разных уровнях- как ярусы Большого, но ярусы огромные, плоские, и только немного накладывающиеся один на другой. Видны перегородки тонкие, еще похоже на «альпийские горки» в садах у олигархов. Внизу и в центре всего огроменный «партер». Все стоят- но, сильно внизу и видны только маленькие головы. Должно начаться нечто. Идут колыхание, волны народов. Впечатление от одежды металлической (помню очень высокий воротник, который поднимал подбородок неестественно высоко) и происходящим, приводит к пониманию, что это революция, но как-то связана с Алоизычем и Фараонами. Т.е., те с кем я на постаменте (я- с левого краю)- тройственны (они революционеро-алоизочи-Фараоны, именно в таком порядке почему-то…).
В какой-то момент охватывает ужас, стало понятно, что вот уже началось нечто необратимое и пласты-балконы начали медленно, почти невидимо, смещаться. Во сне это было как-то связано с тектоническими сдвигами. Вроде народы, а вроде гигантские пласты земли наезжают друг на друга. Я попыталась что-то пугливое сказать рядом стоящему коллеге, но меня попросили вежливо не мешать. Помню, что пришлось улыбнуться народу(хотя все внизу и не видят), мой ужас нарастает. На этом сон оборвался. Проснувшись осталось сильное ощущение от пространства и "присутствия" фараонов и стыд за свою суетливую трусливость.
Наверно- это последствия ночного урагана :-)

http://aberamento.livejournal.com/38209.html

 

 

 

Администратор портала "АРТАНИЯ"

admin аватар

почему три Н, чесслово не

почему три Н, чесслово не знаю- оннно само...

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Гжель это стиль керамики,

Гжель это стиль керамики, которая берет свое название от деревни Гжель и его окрестностях, где оно было произведено с 1802 года. О 30 деревень, расположенных к юго-востоку от Москвы производства керамики и отправить ее по всей России. Название Гжель стал ассоциироваться с керамикой в 14-м веке. Гжель керамики была создана на гончаров в своих домах, однако довольно рано на этих гончары начали организовывать семинары на увеличение производства. Семинары в конечном итоге стал завод с кусочками формируется в формах и гончаров ответственных за отдельные куски, особый стиль, или украшение. Первые части были созданы из фаянса. Керамика была написана сплошная белая с характерным синим конструкций. Керамика также полученные с использованием олова основано белой глазурью и цветной глазурью образцы в синий, зеленый, желтый и коричневый, а не только синего цвета на белом фоне, в стиле, который называется майолики. Цвет кузова глиняных варьируется в зависимости от используемого сырья, и может варьироваться от белого до коричневого цвета. Как правило, выстрелил при более низких температурах, чем любой керамики или фарфоровых изделий, и могут остаться полу-пористых на воду до стекла. Я студент comptia practice tests, и я так много специальностей в сети раствора.

мертвец аватар

На Руси зарыто много кладов,

На Руси зарыто много кладов, но вряд ли их можно считать алхимическими... Хотя, чем не алхимический клад русские сказки? Их аллегорический колорит и специфичен, и уникален...

мертвец

Лев Каждан аватар

Спамер пошел вон!

Спамер пошел вон!

Аллах,Муамар,Ливия ва бас!