ТАЙНА СВЯТОГО ВОЙЦЕХА (Часть 1)

ТАЙНА СВЯТОГО ВОЙЦЕХА

(К проблеме реконструкции генезиса первопредка-тотема праславян)
 
1.
В мифогенетической легенде балтских пруссов рассказывается о двух братьях-близнецахВидевуте (Вейдевуте) и Брутене (Прутено).
Первый был в балто-прусском культовом центре Ромове избран королем под именем Ворскайто. Затем он разделил своё королевство между двенадцатью сыновьями, а наследник его четвертого сына Недрона (владыка Судовии, Самоготии, Литвы и иных земель) на имя Гланда Камбила Дивонович, будучи побежден немецкими рыцарями-меченосцами, выехал со своей родней и поддаными под покровительство Александра Невского и был крещен как Иоанн[1].
Второй брат-близнец приблизительно в 305 г. установил идолы двух богов-близнецов Патолса и Потримпса (Тримпса) и бога грома Перкунаса. Под новым именем Криве-Кривайтиса Брутено стал первым верховным жрецом пруссов в Ромове. Литовское предание назвало Криве-Кривайтиса отцом Лиздейки, подброшенного в орлиное гнездо, где его нашел литовский князь Гедеминас. Лиздейкас также принимает жреческое имя Криве-Кривайтис, становится толкователем снов и родоначальником Радзивилов.
Считается, что мотив «подбрасывания мальчика в птичье гнездо» и «дар предвидения» является характерной особенностью мифов о воспитании шаманов[2].
Из-за того, что в мифах брат шамана оказывается неудачником, возможно, что собственно Брутен Крив-Кривайтис символизировал в представлении прабалтов (пралето-литовцев) успешную фратрию[3] во временной балто-славянской общности[4], в то время как Видевут Ворскайто символизировал собственно «неуспешную» (с позиции прабалтов) фратрию — предков славян (по В. Иванову и В. Топорову, славяне возникли из периферийной группы балтов[5]; по Т. Лер-Сплавинскому, славяне возникли в результате наложения иллирийских венетов на западных прабалтов[6]; по В. Мартынову, славяне образовались из объединения западнобалтского с италикским (венетским) и иранскими миграционными этносами[7]; по В. Горнунгу, сами западные прабалты «оторвались» от праславян[8], а по Г. Шаллю, прабалто-славяне образовались от «скрещения» на Балканах «южных прабалтов» (науке, однако, не известных; вероятно, имеются ввиду иллирийцы, жившие ранее севернее Балкан и Паннонии) и фракийских гето-даков, о чем свидетельствуют многочисленные лексические балто-фрако-малоазийские схождения[9], время появления которых О. Трубачев датирует серединой III тыс. до н.э.[10]; по Ю. Петухову и П. Тулаеву, прабалты возникли из среды периферийных смешанных праиллиро-фракийцев, подвергнувшихся инвазии части пришлых протославян-венетов, вытесненных из Северной Адриатики).
Соответственно, в праславянской общности, наоборот, успешным был аналог Видевута ВорскайтоВячеслав, Вятко, Вячко (< *V?tislavъ), более известный как эпоним вятичей (вероятно, славянизированной периферийной группы северо-западных иранцев, находящихся в фратриальных отношениях с прабалтами «вятич» < осетин. faetaegидер"). Вероятно, что оппонент Вячеслава (Вятко) в славянских версиях — это эпоним кривичей, рассматривавшихся как значительно балтизированные.
Известен стойкий общеиндоевропейский мотив, где по имени одного из братьев-близнецов город получает название: от Ромула — Рим, от Криве-Кривайтиса — Krzywgorod, Curvumcastrum в Вильнюсе (старая часть города). Вероятно, и Вячеслав может считаться основателем Витачева (совр. с. Витачив Обуховского района Киевщины; в Киевском Синопсисе — Витичи, Вятичи), известного византийскому императору Константину Багрянородному как Βιτετζ?βη. В конце ХІ в. Витичив холм считался незаселенным и князь Святополк основал на нем  “Святополчь градъ”[11].
 
 
В ракурсе взаимных контактов западных индоевропейцев сам Видевут (Вейдевут) / Вячеслав может оказаться параллельным кельтскому жрецу-друиду: Caer Vediwid — "замок совершенных" и Caer Vandwy — "замок высшего(!)". Из этого можно говорить и о некоем влиянии кельтов на балто-славянскую общность.
Правда, в древнерусской летописной традиции эпоним вятичейупоминается вместес эпонимом не кривичей, а радимичей и указывается, что оба они пришли «от ляхов» (не обязательно это должно было означать, что они происходят «из ляхов», но, вероятнее, переселение произошло из-за причины инвазии на их изначальную территорию ляхов). Но, думается, новые этно-политические обстоятельства заставили праславян забыть старое прабалто-славянское противопоставление Крив-Вячко и соотнести его с более актуалным Радим-Вячко.
 


[1] Локиер А.Б. Русская геральдика / Подгот. Текста и послесл. Н.А. Соболевой. – М.: Книга, 1990. – С.298.
[2] Иванов В.В., Топоров В.Н. Криве // Мифологический словарь / Гл.ред. Е. Мелетинский. – М.: Сов.энциклопедия, 1990. – С.293.
[3] фратрія — це дуальний екзогамний поділ суспільства, що поширюєься іноді на декілька племен і навіть на різні етнолінгвістичні спільноти, що складаються з кількох родів, що вважаються спорідненими (natio). Як правило, одну фратрію утворюють нащадки тубільців, а другу — прибульців.
[4] як встановлено найновішими дослідженнями, балти і слов’яни, спільна лексика яких нараховує десь 1600 одиниць, не знають спільних назв для архаїчних металів (міді, бронзи), а виключно — для заліза. Тобто ця єдність стосувалася виключно доби заліза — останніх століть до н.е., аналогічно коли існувала й така ж тимчасова германо-кельтська єдність. Також балти і слов'яни виражають різними словами такі архаїчні поняття як "ягня", "яйце", "бити", "мука", "гість", "живіт", "діва", "долина", "дуб", "довбати", "голуб", "горн" тощо.
[5] Иванов В. В., Топоров В. Н.C. 303; Топоров В. Н. К проблеме балто—славянских языковых отношений // Актуальные проблемы славяноведения (КСИС 33—34). — М., 1961. — C. 213; Maziulis V. Apie senoves vakaru baltus bei ju. santykius su slavais, ilirais ir germanais // Is Lietuviu etnogenezes. — Vilnius, 1981. — P. 7.
[6] Lehr-Splawinski Т. О pochodzeniu i praojczyznie Slowian. — Poznan, 1946. — S.114.
[7] Мартынов В. В. Балто-славяно-италийские изоглоссы. Лексическая синонимия. — Минск, 1978. — С. 43; Мартынов В. В. Балто—славянские лексико—словообразовательные отношения и глоттогенез славян // Этнолингвистические балто-славянские контакты в настоящем и прошлом: Конференция 11—15 дек. 1978 г.: Предварительные материалы. — М., 1978. — C. 102; Мартынов В. В. Балто-славянские этнические отношения по данный лингвистики // Проблемы этногенеза и этнической истории балтов: Тезисы докладов. — Вильнюс, 1981. — C. 104 — 106.
[8] Горнунг Б. В. Из предыстории образования общеславянского языкового единства. — М., 1963. — С. 49.
[9] Schall H. Sudbalten und Daker: Vater der Lettoslawen // Primus congressus studiorum thracicorum: Thracia II. — Serdicae, 1974. — S. 304, 308, 310; Топоров В.Н. К фракийско—балтийским языковым параллелям // Балканское языкознание. — М., 1973. — C. 51, 52.
[10] Трубачев О.Н. Языкознание и этногенез славян: Древние славяне по данным этимологии (I) // Вопросы языкознания. — М., 1982. — №4.— С. 10—26.
[11] Етимологічний словник літописних назв Південної Русі / Автори: Желєзяк І.М., Корепанова А.П., Масенко Л.Т., Стрижак О.С. – К: Наук.думка, 1985. – С.31 –32.