ПУШКИНДТЪ - НАШЕ НИЧЕГО ТАК СЕБЕ, или УБИЛИ НЕГРА-3

Поскольку ПушкиндтЪ всех волнует, решил вывесить стихийно разразившееся обсуждение сюда. Объявляю конкурс на тему "Мой Пушкин". Принимаются на рассмотрение любые заявки: от "Пушкин наше всё", до "Пушкин наше ничто". На форумах старой ВЕКОВКИ (2001-2002 гг.) это было самое масштабное обсуждение. Со временем восстановлю в памяти всё то, что писал там о Пушкине. Тогда это вызвало большой скандал. Многие с сайта ушли, многие поддержали. Ну, что же? Опять Пушкин!

 

ЗАПРЕЩЁННЫЙ ПУШКИН, ИЛИ УБИЛИ НЕГРА-3
 
Александр Леонардович Александров — крайне интересный, небанальный режиссёр, сценарист, писатель. Фильмы, снятые по его сценариям, не только были в своё время удостоены высших правительственных наград, но и до сих пор пользуются неизменной популярностью на нашем телевидении. В издательстве “Захаров” вышла его книга “Пушкин. Частная жизнь”. Вокруг неё сразу же возникла атмосфера скандала, поскольку автор без ложного пиетета перед “национальной святыней” описал частную жизнь Александра Сергеевича, где не обошлось и без содомского греха... Нашему корреспонденту довелось побывать в загородном доме на Рублёвском шоссе — в гостях у Александра Леонардовича и расспросить его о некоторых обстоятельствах написания книги, а также о спорных и пикантных моментах пушкинской биографии.
 
            — Что, интересно, в первый момент написали критики?
            — Я нащупал одну статью в интернете. Она называется, кажется, “Пушкин и чудеса политкорректности”. Что-то в этом роде. Там написали, что я политнекорректен. Мне это понравилось. Но, как всегда, люди ничего не запоминают, всё путают. Потому что у меня, может быть, 500, может быть, 1000, 1500 персонажей. Фамилии часто совпадают. А рецензенты путают. Как путают, допустим, лосины с панталонами. :)
            — У вас в этой книге полторы тысячи персонажей?
            — Ну, наверное...
            — А как вы работали? Вы составляли какой-то каталог? Досье?
            — Нет, ничего не составлял.
            — Неужли всё в голове держалось?!
Ну, вы скоро увидите мою библиотеку и вам всё станет ясно. Какая, там, голова! Моя голова — это моя библиотека.
            — Но ведь — чтобы извлекать пользу из библиотеки, нужно как-то полученные сведения систематизировать, утрясать? Какая была система работы?
            — Система? Если бы я четыре года назад не купил компьютер, я бы никогда этот роман не написал... Ну, может быть, лет через десять. Потому что компьютер даёт возможность каждый раз, когда я узнаю что-то новое, вносить коррективы в уже написанное. Кстати, а вы сами-то с романом познакомились?
            — Конечно, в первую очередь я финал прочитал. Ну, и начал читать с начала...
            — Ну, понятно. Вы прочитали начало и не финал, а так называемое приложение. Туда вынесено несколько глав из романа, которые имеют, якобы, самое неприличное, нецензурное содержание. Хотя один интернетчик, литературный критик, в своей похабной рецензии довольно точно написал, что автор и издатель в предисловии пишут, что все крамольные главы вынесены в конец...
            — А это не так?
            — Да. Он пишет так: “Здесь автор явно кокетничает. Этой клубники полно в каждой главе романа, оставшейся в основном корпусе. Где лукошко, — как он написал, — где пригоршня, а где и целый воз”.
            — То, что часть глав вынесли в конец — было ошибкой? А если ошибкой, то вашей или издателя?
            — Ну-у-у-у..... Сделано это было с моей подачи. Но не всё, что болтается в разговоре, является правильным или истиной в последней инстанции. Это был вариант, за который издатель уцепился... Но я ему тут же, правда, сказал: “Была история с романом Венечки Ерофеева, когда он в предисловии к своему роману написал, что главу, положим, двадцать вторую, прошу дам и девочек не читать...”
            — Это где рецепты?
            — Нет. Это та глава, которая сейчас состоит из сплошных точек. А там была глава состоящая из мата. Из чистого мата. Так Венечка говорил, что ему пришлось эту главу выкинуть, потому что девушки и женщины, открывая роман, искали эту главу и читали только её. Мы оказались в тех же самых условиях. Рецензенты... да просто все читают только начало и конец. И думают, что вот это: ВСЁ. Вот этим вот и ограничивается Пушкин. Публичным домом, триппером, хуедрочением в Лицее. Ничего подобного! Там гораздо больше на самом деле. Условно говоря, в Лицее не только дрочили, но и ебли друг друга в жопу. Так что спектр довольно богатый был. И гонялись за девушками...
            — Как однажды Пушкин написал в дневнике: “Вчера с Божьей помощью выебал Анну Петровну Керн”.
            — Ну, это он не в дневнике написал, а в письме. Сейчас, правда, не помню кому... В дневнике он такие вещи не писал. Потому что когда он вёл дневник, он уже его готовил для печати. Предвидел. Тогда такие вещи любили.
            — А вам не кажется, что то, что у вас главы пронумерованы, и никак не названы, это коммерчески слабый ход?
            — Вот это совершенно правильно. В книге есть две принципиальные ошибки. Очень серьёзные. Одна вот эта, про которую мы только что говорили, — издательская...
            — И, кстати, ещё название тоже отпугивающее...
            — Одну секунду. Надо вопросы по очереди задавать. :))) Потому что я не могу сразу на три вопроса отвечать. Отвечаю по порядку. Название. Моё название было “Частная жизнь Александра Пушкина”. А у издателя — серия. Вверху обязательно фамилия. Например, “Эйзенштейн. Частная жизнь”. И под этим грифом у него идут все публикации. Я просил на титуле оставить название “Частная жизнь Александра Пушкина”. Чёрт его знает! может, он постеснялся мне сказать, но, оказывается, у Окуджавы есть рассказ “Частная жизнь Александра Пушкина”. Я этого не знал. Я читал только сценарий, который он с женой написал когда-то про одесский период жизни Пушкина. Сценарий назывался “Частная жизнь Александра Сергеевича”. Поэтому моё название с окуджавским, как я думал, не вполне совпадало. Но я думаю, что боязнь издателя дать вот то название — она ничего не стоила, потому что по времени с Окуджавой мы уже разошлись...
            — Другой язык уже.
            — Да! Другой язык. Пройдёт десять лет и про рассказ Окуджавы, может, уже никто и не вспомнит. А пока я ещё жив, это, может быть, будет печататься. Потом я умру и тоже, может быть, никто не вспомнит про мой роман. То есть эта боязнь была эфемерной. Но, тем не менее, что случилось, то случилось. Книга называется “Пушкин. Частная жизнь”. Вопрос второй. Про нумерацию глав, содержание которых не раскрыто. Это моя ошибка. Когда я подписывал книги в крупнейших книжных магазинах, сейчас есть такой вид презентации, очень многие, открывая вот это слепое оглавление, подходили и говорили: “Ну, мы же не знаем о чём вот эта или эта глава. Как мы будем ориентироваться в книге?” Впрочем, первое издание уже почти всё разошлось. А во втором издании — я сделал так, что все главы у меня описаны, по-старинному... “Глава первая, в которой рассказывается то-то, то-то, то-то...” “Глава вторая...” и так далее.
            — Для этого раньше какое-то специальное название было. Французское слово... Не помню!
            — Да. И я сейчас забыл...
            — А! Вспомнил. Это называлось абреже.
            — Точно. Но вы, кстати, знаете, мне издатель предлагал сделать это ещё в первом издании, но я так устал от этого романа. :((( Машинописная копия занимает 950 страниц! Я просто отказался это делать. Я уже даже строчку одну не мог туда написать. Но когда прошло время, мы ошибку эту поняли.
            — Откуда вообще взялось желание писать про Пушкина?
            — История эта очень давняя. Не скажу, что это я придумал сам. Дело в том, что я родом из кинематографа. Хотя прозу писал ещё и прежде, печатался в периодике, в “Литературной России”, например, рассказы шли... И вот, лет десять назад, да нет! даже, пожалуй, лет четырнадцать как, в начале горбачёвской перестройки, мы с Роланом Быковым, получили творческое объединение “Юность”. Я был там главным редактором, а он художественным руководителем. А у Ролана был бзик на Пушкине. Он говорил: “Давай, давай! Делай! Это только ты можешь. Сделай о Лицее”. Мне заказали сценарий. Потом я этот заказ выкупил, так как он перешёл по наследству к другой студии. И мне надо было как-то отчитываться. А сценарий я не написал. То есть я просто избавился от этого договора. Почему я не написал этот сценарий? Самый главный вопрос. Я уже начал писать сценарий, но когда я по-настоящему, глубоко, серьёзно изучил материалы Лицея, то понял, что в тех условиях, на том этапе — этой картины быть не могло. Просто быть не могло! Ну как снять картину о самом святом, когда там все (я грубо говорю, специально утрирую) ебут друг друга в жопу? Эта целая система влюблённостей друг в друга, целая система взаимоотношений! А как снимать картину без чудовищного мата, который бытовал в этой среде? Это было бы глупо! То есть пришлось бы совершить обрезание и гнать совок. Тухлый, вонючий, поганый совок с легендами о Лицее.
            — Тынянов.
            — Тынянов — он ещё что-то пытался сделать! Когда он писал, ещё времена не те были фарисейские. Ещё сохранялась школа пушкинистики 20-х годов, а он в 30-х писал. Поэтому было постыдно совсем-то врать. Совсем-то врать стали с конца 30-х годов. А уж как лгали во времена оттепели! как лгали шестидесятники и до сих пор лгут...
            — Ну, хорошо, а Абрам Терц — “Прогулки с Пушкиным”. Тоже враньё?
            — Ну-у... почему враньё... Лёгкое...
            — Лёгкий коктейль. :)
            — Лёгкий коктейль. :) Всё там правильно. Просто это была первая ласточка... Поэтому она и вызвала такое оживление...
            — Оживление мумии в “хрестоматийном глянце”.
            — Оживлении мумии... Ну, вот. Избавившись от этого договора, я совершенно спокойно погрузился в материал и начал писать роман. Потому что я понял, что надо написать роман. Вот ту, как мне кажется, правду, понятие о которой было искорёжено и искажено всем развитием русской литературы. Потому что литература — это всегда было одно, а жизнь — другое. В литературе нужно было писать “Я помню чудное мгновенье...”, а там — ебать Анну Петровну Керн. Вдвоём. Или втроём. Неважно. Потому что... Много “потому что”! Литература развилась до такой степени, что только какая-то часть занимается частной жизнью, тем, как люди жили. И исследования последних двадцати лет во всём мире — они показывают, что частная, повседневная жизнь была в иные времена гораздо интереснее, чем мы себе представляем. Вот её вскрывать интересно!
            — Восемнадцатый век, например, век маркиза де Сада по разврату ещё даст фору двадцатому веку!
            — Не восемнадцатый! Каждый век имеет свою прелесть. Каждый век имеет свой разврат, свои способы. Мы мало что знаем. Вот, например, я столкнулся с такой проблемой. Вышла книга “Проституция в Петербурге”. И авторы этого исследования серьёзно пишут, что до 40-х годов XIX века о проституции нет никаких сведений! Хер-ня. Сведения прекрасно имеются. Только их надо уметь искать. Кстати, в своём предисловии я написал, что мной введено много исторического материала. И вот какой-то рецензентик, пролистав книгу, сказал: “А чего там! Это он всё списал у Тынянова, Эйдельмана, Лотмана!” Но — у Лотмана (которого я, кстати, очень уважаю) я в одной только статье нашёл три фактические ошибки. И пока он ещё был жив, хотел ему письмо написать... А теперь так и печатается с этими ошибками!
            — Например?
            — Нет. Я должен пойти, открыть, найти! Нет. Хотя — вспомнил. Он написал, что “Записка” Карамзина о древней и новой России никогда не печаталась в прежние времена. И единственный раз она должна была быть напечатана в “Русском архиве”. И напечатана не была. Её вырезали из тиража. Я был сильно удивлён. Потому что у меня “Русский архив” есть полностью. И она там напечатана. Можно было предположить, что я имею экземпляр уникальный, из которого не вырезали...
            — Да-да-да.
            — Нет! Херня! За полгода до этого — вырезали в “Русском архиве”. А через полгода напечатали. И написали чёрным по белому: “У нас были трудности с напечатанием. Теперь мы печатаем”. Вот вам пример ошибки Лотмана. Ошибки, которая тиражируется в журнале “Литературная учёба” и так далее... Бред собачий! Это Лотман. Это фигура. Это памятники! Хотя, повторяю, к Лотману я отношусь очень хорошо, протому что в XIX веке он действительно понимал хорошо. Причина — парадоксальная. Потому что он жил в городе Тарту с печным отоплением...
            — :)))
            — Для того, чтобы понимать XIX век, надо жить с печным отоплением, как я живу. Вот когда ты, блядь, шесть часов будешь топить печку, только тогда ты поймёшь систему частных взаимоотношений в доме, как это было тогда. Я могу постоянно рассказывать про бред, который несут учёные, писатели!.. Потому что они существа отношений не понимают. Вот что у меня есть в романе — так это точность. Ощущение жизненности всего происходящего. Частной жизни. Вот вам ещё пример. Николай Бурляев в соавторстве с кем-то пишет как жиды убили Пушкина. Это традиционная тема жидо-масонского заговора. Дескать, кольчугу надели на Дантеса, сбили прицел у пистолета и захерачили...
            — Ай-яй-яй-яй! Убили негра... :))
            — И убили! Замочили, суки, негра! :))) Я обожаю эту песню.
            — Только он не встал и не пошёл... Но ведь масоны (не жидо-масоны, конечно, которых никогда вообще не было, а просто масоны) действительно к этому имели какое-то отношение. Ведь Пушкин сам в Кишинёве вступил в масонскую ложу. Хотя и не относился к этому всерьёз.
            — Давайте не будем детально разбираться! Я могу вам целый список масонов предоставить — родственников Пушкина. Но это не имеет отношения к теме!
            — Да?
            — Мы обсуждаем частную жизнь. Господин Бурляев пишет как Пушкин по Невскому проспекту в саквояже несёт сдавать ростовщику столовое серебро. Ну, Пушкин был сильный человек, конечно! Он мог поднять саквояж со столовым серебром.
            — Несмотря на длинные ногти...
            — Ну, в 36-м году у него уже не было длинных ногтей... Но ни одному нормальному человеку, у которого на тот период было четырнадцать слуг — только своих, не наёмных! — не пришлось бы волохать на себе пешком саквояж со столовым серебром.
            — Если уж такая нужда была, лучше б слуг уволил, чем семейное серебро продавать...
            — Слуг тогда не увольняли. Это тоже понятия совка. Слуг держали столько, сколько надо. Могли 50, могли 150. И быть в долгах. Одна дама даже была удивлена, спросив нашу великую княгиню, сколько у ней слуг и услышав, что 150. “Как вы можете обходиться?! У меня 350. Один из них мне, может быть, понадобится раз в год, но я же не могу раз в год занимать у кого-то слугу!” Поэтому 350. Один, может быть, раз в год понадобится — в рожу бить. :) Так вот. Это один пример. А второй пример — сидят в квартире, Пушкин работает, а старшая дочка (которой, кстати, не было шести) сидит с младшими детьми, которым было соответственно 4, 2 и 1, и говорит: “Тихо-тихо! Папа работает”. Это опять представление совка. Коммунальная квартира какая-та! А на самом деле к каждому ребёнку была приставлена мамка да нянька. К каждому! Поэтому когда сидели в большой комнате, то у каждого рядом сидела своя няня, гувернантка и так далее... И представить себе, чтобы девочка руководила младшими — это невозможно. Вот, что значит такое непонимание частной жизни. Это Коля Бурляев — актёр, славянофил. У него Дантес учится стрелять из пистолета со сбитым прицелом. Если в ногу будет стрелять, значит в сердце попадёт, а если...
            — На Чёрной речке, как дебил, он поднял пистолет и Пушкина убил.
            — Вот-вот.
            — Вы постоянно говорите “роман”. А насколько это действительно роман, а насколько историческое исследование, биография?
            — Значит, объясняю. Я очень долго, когда писал, не мог определить жанр того, что я пишу. Дело в том, что когда есть сильное погружение в материал, то иногда не отдаёшь себе отчёт в том, что откуда-то взято, а что придумано. но придумано бывало так точно, как будто это выхвачено из жизни. Для себя я определил этот жанр так: литература нонфикшн в шанре романа. :))) То есть получается абракадабра!
            — Роман-диссертация.
            — Ну и что? Может быть и такое. Впрочем, в какой-то момент я понял, что если это история, то это как “История” Карамзина. Вот сейчас для немецкого издания меня попросили сделать комментарии. И я, старательно себя ужимая, пишу. Если глава была восемь страниц, то примечания — четыре. И так далее. То есть для романа в сорок листов можно написать ещё двадцать листов примечаний. Жутко интересного самого по себе текста! В своё время у Вересаева был роман, состоявший из огромного количества примечаний, которые гораздо интереснее самой книги. Там было множество ссылок на всякие источники, которые мы никогда не читали...
            — Первый постмодернист.
            — Да! Это типичный постмодернизм. Но он был гораздо раньше постмодернизма. Но первый постмодернист всё-таки — это Карамзин. У него “История” состоит из кучи примечаний.
            — В этом смысле вся история литературы — это история постмодернизма.
            — Пожалуй. И ещё я определил этот роман как “гипертекст”. Кого-то это утомляет. Меня это не утомляет. Один мой приятель, большой пурист русского языка...
            — Ох, уж эти пуристы!
            — Он постоянно печатает в “Литературной газете” тексты в защиту русского языка. Зовут его Юрий Вронский. Он читал роман пять месяцев. Но он честно сказал: “Я читаю по главе на ночь”.
            — Как святцы.
            — Как святцы! Но самое приятное для меня было, что по языку он мне не сделал ни одного замечания. Это человек, который каждую блоху везде выискивает...
            — Насчёт “скотобратства”. У вас ведь именно это слово употреблено по отношению к Пушкину и лицеистам? Так — как: всё-таки был Пушкин содомитом? Я и раньше слышал, что такой опыт, безусловно, у него был, но насколько он был для него доминирующим? Вот последнее очень сомнительно.
            — Сразу объясняю. Доминирующим он не был. На ранней стадии, в силу обстоятельств жизни, “заключения в монастыре”, будучи в мужском закрытом заведении, он был нормальным содомитом. Когда пошли девочки (а они пошли), он какой-то период был двустволкой. Бисексуал. Что с годами ушло. Он остался только сексуалом гетеро. :)
            — Лимонов с двумя неграми, а тут, наоборот, негр... правда, не с двумя Лимоновыми, а с двумя стволами... :)
            — Ну, я тут, как человек и как писатель, отношусь к этому совершенно спокойно, без всяких комплексов. Ну, такие обстоятельства! Насилия ни в каких формах ни над кем там не было. А почему бы и нет? Когда другого выхода не было...
            — Это была французская мода?
            — Это была французская мода! И потом — возьмите любое закрытое заведение. Везде это было. Акромя только серьёзных тоталитарных режимов, где это довольно сильно прижималось. И то... Возьмите годы правления Николая... Да вы прочитайте всё целиком! У вас никаких вопросов не останется. Что ж мне — роман пересказывать?
            — Но — мы про содомию.
            — Мы про содомию. По наущению Николая, вызывает к себе Ростовцева (опустим, чем он был известен) военный министр Милютин: “Вот, говорят, у вас в кадетском корпусе...”
            — Греческие вкусы?
            — Да! “Греческие вкусы, — говорит, — развелись!” “А вы чё, — отвечает Ростовцев, — не помните, как мы этим занимались постоянно — в пажеском корпусе когда были?” “Так здоровью ж это вредит!” “А чего здоровью? Мы все здоровые! А удовольствия было — масса!” Но если уж про содомию, то лейб-гусарский полк, стоявший в Царском Селе, был просто знаменит своей педерастией. А один из самых известных лейб-гусаров и большой друг Пушкина, Пётр Яковлевич Чаадаев, был просто классический вариант педераста! Не был женат, всю жизнь переписывался с дамами и всю жизнь у него были слуги, очень на него похожие, которых он одевал во всё барское.
            — Так что — “эх, барин, пора бы вам уже и жани-иться”?
            — Это что такое?
            — Просыпается барин: “Яшка, водки!” “Сейчас, барин”. “Яшка, пожрать!” “Один минут, барин”. “Яшка, спускай портки!” “Эх, барин, пора бы вам уже и жани-иться...”
            — Так оно и есть. У меня примерно такая сцена описывается с князем Александром Николаичем Голицыным, обер-прокурором синода, который был по этому делу большой специалист...
            — Но откуда вы взяли слово “скотобратство”?
            — Я у всех пушкинистов спрашивал: “Вот известно, что в Лицее и после Лицея они все называли друг друга “скотобратцами”. Объясните, почему они так называли друг друга?” И никто на этот вопрос не отвечал. Потому что в суть этого вопроса никто не въехал. Мне попалось сообщение об обществе, которое было в это же время, и его, кстати, Александр разогнал. Там все занимались свальным грехом. И это общество называлось по-французски “братья-свиньи”. Так вот, “скотобратство” — это калька с французского “братья-свиньи”. “Скотобратством” они были только потому, что занимались друг с другом “скотоложеством”. Никакого другого объяснения этому нету! Но для меня роман не в этом состоит. Роман не о том! Он о том, как люди жили, как стирали, как ели...
            — Как ели и как елись...
            — И как елись тоже! Перечислять можно бесконечно. Это роман о правильности понимания человеческих взаимоотношений, где никакой дворянской чести, кстати, не существовало...
            — Как не существовало?!
            — Объясняю. Она существовала, когда выходила наружу. Если это приобретало общественную огласку. Вот представьте себе. Дворянин убивает дворянина на дуэли за то, что он два года жил с его сестрой и так и не женился, хотя обещал. Значит, два года можно было драть, до всякого венца, — потому что обещал жениться! потому что был богат! — а потом стало нужно убивать на дуэли. Дуэль — это только выведенное наружу бесчестие. Дворяне — это слуги государя.
            — ДворовЫе!
            — ДворОвые!!!
            — Те же холопья, хлапы!
            — Те же холопья! Только царские. Также они горшки выносят. Также они занимаются бытом, чем-угодно. Поэтому какое же бесчестие, когда государь привёз смолянку и дерёт её?
            — Кого-кого?
            — Смолянку. Выпускницу Смольного института. Николай славился тем, что любил ломать целки.
            — Кстати, а откуда вы взяли, что государь занимался с Тизенгаузен именно анальным сексом?
            — Ха-ха-ха-ха! Я предположил это. :)))))))))))
            — А свою сестру он тоже ТУДА драл?
            — Я не знаю, куда он её драл, но то, что он её драл — это безусловно. Хотя до сих пор, несмотря на совершенно чётко напечатанные письма его к своей сестре, многие историки отвергают это, говоря, что это была чистая платоника.
            — Платон, между прочим, драл именно туда. :))) Хотя и говорится в одном из диалогов: "У нас не так, как у грубых матросов", что подразумевает оральное соитие вместо анального.
            — Платон тоже, как известно, был содомитом...
            — Там они все были... Все греки — гомосеки, все гречанки — лесбиянки.
            — Да. Как известно, слово “любовь” в Греции относилось только к мальчикам.
            — Да-да.
            — А история с Пушкиным, чтобы закончить эту педерастическую тему, она очень проста. Дело в том, что то, чем был Пушкин в юности, вернулось ему в последние годы. И это был Дантес. В описании того, как вёл себя Дантес с дамами, и как вёл себя Пушкин в юности...
            — Двойник!!
            — Двойник. Только разница в том, что это был бездарный красавец, а Пушкин был страшный гений — уродливый.
            — Мой учитель, известный переводчик Владимир Микушевич, полагает, что между Пушкиным и Дантесом была некая эротическая струнка.
            — А-а! Это действительно так. Но струнка была в том, что Пушкин, глядя на Дантеса, не мог им не восхищаться. Он узнавал себя в молодости...
 
            На этом запись обрывается. И что было дальше, совершенно, как писал Гоголь, скрыто густой пеленой тумана...
            А если по существу, то мы долго ещё говорили о фривольной поэзии XIX века, о вопросах авторства непристойной якобы пушкинской поэмы “Тень Баркова”, где есть совершенно недопустимые (разумеется, по точности, а не по приличности) для Пушкина рифмы. Навроде: “дрочит” — “ерошит”. Александров объяснял это долгим бытованием в изустной традиции... О многом мы ещё говорили. Но есть в конце концов и лимит читательскому терпению. Даже если тема, что называется, “перчёная”.
 
Беседу вёл Олег Фомин

Настройки просмотра комментариев

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".

А как их

А как их мыслить?

Без надежды

Без надежды выгадать что-то для себя. Сначала вообще надо поставить вопрос о том "что значит мыслить ?"

А что я

А что я выгадываю?

лев Маркович!Вы

лев Маркович!Вы выгадываете новые интересные идеи на которых будете стоять. Которые будут Вас удерживать. Этои есть интеллигентщина. А вовсе не вежливость и не деликатность.Вы в больнице лежали когда-нибудь?

При чем тут

При чем тут больница?

Выйдите из

Выйдите из сферы идей Лев Маркович.

Безыдейно

Безыдейно живут только амебы.

Опять

Опять

Лунин- и

Лунин- и Пестель. Пестель -интеллигент -потому что стучал по идейным мотивам. Лунин-дворянин потому что не стучал. Главная черта интеллигента-"идеи"как основа личности. Любую гадость-оправдают идеей. А западнисты-любую гадость оправдают если она по закону , по форме. Дерьмо всё это.
admin аватар

Понимаете, я

Понимаете, я сам никогда не стал бы стучать. А чтобы вам был понятнее мой предыдущий пост, скажу так: мне одинаково неприятны персонажи, которые громко визжат о стукачах (интеллигенты) и те, кто стучат с гордостью (свиные обыватели). Я уважаю в равной мере тех, кто стучит по необходимости (ради государства, а не ради того, чтобы квартиру у ближнего оттяпать или просто из зависти) и тех, кто не стучит вовсе (из внутреннего, неважно врожденного или нет, аристократизма, хотя, я думаю, всегда врожденного, просто не всегда об этом известно). Интеллигенты же особенно ненавидят тех, кто информирует государственную власть об измене. Вот, кого они принимаются травить, картаво визжа, булькая и улюлюкая, давя друг друга и тыкая рожками. Вот эту мразь надо бы всю разом собрать и залить известью. И тех, кто это сделал расстрелять. А заодно расстрелять и тех, кто расстреливал. Вот тогда хорошо будет. Чтобы ни одной правозащитной гадины политковской какой-нибудь не нашлось написать о "жертвах чудовищного холокоста".

Олег Фомин, главный редактор портала "АРТАНИЯ"

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Так

Так Политковская -тоже стукачка. Только она стучит на свою страну. "мировой общественности."

Стучала!Слава

Стучала!Слава Богу,шлепнули!

Также как и

Также как и Литвиненко.Олег Валерьевич,может зря я голосовал за "ЕР"?Может,надо было за Лугового?Эх,если бы во главе ЛДПР был он,а не Жириновский!Проголосовал бы с закрытыми глазами!

есмовский

есмовский "опричный" стёб. Булгарин был баальшим либерастом

Булгарин был

Булгарин был монархистом.
admin аватар

г-н Фомин

г-н Фомин зачем

г-н Фомин зачем было натралять Швондера (простите!) Каждана на Пушкина????

Администратор портала "АРТАНИЯ"

admin аватар

Я не натравлял.

Я не натравлял. Я на Пушкина наехал. Точнее, сначала на него, кажется, наехал не то Ушкуйник, не то САМИЗНАЕТЕКТО. А Лев Макарыч сразу ввязался. Он же во всё ввязывается с налета-поворота. От исихазма до резинвативов. А вам что, обидно, да? Хочется, чтоб он "возрыдал... об Иерусалиме"?

Олег Фомин, главный редактор портала "АРТАНИЯ"

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Те

Те стихи,которые вызвали такую бурю,были мною написаны в начале 2000-ых,после моих эволюций,в период,когда я сжигал все,чему поклонялся и поклонялся всему,что сжигал.Пушкин тоже попал в этот костер.И смею Вас заверить,Фомин тут совершенно не при чем.Я в те годы вообще не знал,кто это такой.

САМИЗНАЕТЕКТО

САМИЗНАЕТЕКТО не думаю чтобы стал на него ТАК наезжать.Всё-таки советский человек(в моих устах-комплимент)Жил при нормальной жизни.Потом мне кажется он вообще человек консервативной морали, хотя может я ошибаюсь. а вот Кваждан сделает меня антисемитом))))
Ушкуйник киберпространств аватар

САМИЗНАЕТЕКТО

САМИЗНАЕТЕКТО тоже, наск-ко я понял из некоторыx его оговорок в статьяx, от Пушкина отнюдь не в восторге

Вот именно.

Вот именно.

Т.е.иудеоирмини

Т.е.иудеоирминистом.Верно?
Ушкуйник киберпространств аватар

с ужасом ждём

с ужасом ждём от Африканыча выкладки всеx "иперскиx" вещиц Пушкина, ага

А почему бы и

А почему бы и нет?Все имперское хорошо по определению.
admin аватар

У

У Тютчева

Новое

У Тютчева подобныч вещей -половина всего наследия. А у Пушкина сколько? Два с половиной?

ты вообще

Новое

ты вообще что-то читал?

Каждану

Новое

Не то беда, что ты поляк:
Костюшко лях, Мицкевич лях!
Пожалуй, будь себе татарин, -
И тут не вижу я стыда;
Будь жид - и это не беда;
Беда, что ты Видок Фиглярин

Когда для

Новое

Когда для смертного умолкнет шумный день,
И на немые стогны града
Полупрозрачная наляжет ночи тень
И сон, дневных трудов награда,
В то время для меня влачатся в тишине
Часы томительного бденья:
В бездействии ночном живей горят во мне
Змеи сердечной угрызенья;
Мечты кипят; в уме, подавленном тоской,
Теснится тяжких дум избыток;
Воспоминание безмолвно предо мной
Свой длинный развивает свиток;
И с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь, и горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.Я вижу в праздности, в неистовых пирах,
В безумcтве гибельной свободы,
В неволе, бедности, в гонении, в степях
Мои утраченные годы.
Я слышу вновь друзей предательский привет
На играх Вакха и Киприды,
Вновь сердцу наносит хладный свет
Неотразимые обиды.
Я слышу жужжанье клеветы,
Решенья глупости лукавой,
И шепот зависти, и легкой суеты
Укор веселый и кровавый.
И нет отрады мне — и тихо предо мной
Встают два призрака младые,
Две тени милые, — два данные судьбой
Мне ангела во дни былые.
Но оба с крыльями и с пламенным мечом,
И стерегут — и мстят мне оба,
И оба говорят мне мертвым языком
О тайнах вечности и гроба.

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Ушкуйник киберпространств аватар

Интервью -"трэш,

Интервью -"трэш, в натуре, для эстетов", как написал К. Крылов о Чернышевском)).

Давайте

Давайте поменьше цитировать здесь Крылова.Все-таки с Назлобу.Ру автор.

Совок

Совок

Кто?Я?

Кто?Я?
admin аватар

А это тогда и

А это тогда и замысливалось как особый жанр. Мы тогда с Машкой (барабанщицей ЗЛЫДОТЫ) работали журналистами у одного толстого еврея. Интернет-магазин "Кошелек" называлось мероприятие. Это особый тонкий глум. Вполне в духе тогдашнего времени. Это, кажется, 2001 г.

Олег Фомин, главный редактор портала "АРТАНИЯ"

Администратор портала "АРТАНИЯ"

admin аватар

Лев Марковия

Лев Марковия я

Новое

Лев Марковия я как русский человек говорю руки прочь от Пушкина!Порву

"царецбийственн

Новое

"царецбийственный злодей тебя , твой трон я ненавижу , твою погибель , смерть детей с жестокой радостию вижу"

Ты бы хоть

Новое

Ты бы хоть историю выучил. Николай Первый дал Пушкину камер-юнкерство в зо-е годы ,а цитируемое тобой стихотворение написано до 20-го года.(((

...Т.е.

Новое

...т.е. камер-юнкерством его просто купили. Тож xорош))

Администратор портала "АРТАНИЯ"

admin аватар

Рууское

Рууское имперство. Клеветникам Рос

Новое

О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.

Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.

Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага —
И ненавидите вы нас...

За что ж? ответствуйте: за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..

Вы грозны на словах — попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Это

Это стихотворение как раз хорошее.
Ушкуйник киберпространств аватар

«На самом деле,

«На самом деле, Пушкина опошляет не только эта его бессмысленная любовная лирика… но еще и какое-то невероятное количество всевозможных друзей и приятелей. Вот это, думаю, тоже очень вредит поэзии Пушкина... Лермонтов был куда более одинок, одинок и приближен к смерти, и поэтому достиг в некоторых своих стихах редкой стилистической чистоты,» - пишет Маруся Климова в своей книге «Моя история русской литературы».

"Вигель,пощади мой зад"

Что ж Вы хотите от Котеночка?

Где бы

Где бы почитать?
admin аватар

Вот, кстати,

Вот, кстати, один из примеров шишковского стихосклада:

"Хорошилище идет в мокроступах по гульбищу из ристалища на позорище" Ну разве не ляпота?

Олег Фомин, главный редактор портала "АРТАНИЯ"

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Черти что!

Черти что!
admin аватар

Я не противник

Я не противник Лермонтова (хотя был он отвратительным типом). Я далек от морализма, чтобы осуждать его за беспрерывную поетьбу и бретёрство. В принципе, он был очень известным порнографом. Иметь у себя книжечку г-на Лермонтова для девушки в то время считалось едва ли не более неприличным, нежели томик "Жюстины" или "Философии в будуаре". Причем речь шла и о "безобидных" стихах (в основном и дошедших до нас), поскольку изначальную славу Лермонтова составила бросившая затем на всё его прочее творчество тень именно "порнография". До нашего времени дошло немного таких стихов. Это прежде всего поэмы "Уланша", "Гошпиталь", "Петергофский праздник". Возможно, я потом вывешу. Но это нужно уже будет открывать специальный форум МЦЫРИ! Помните гениальный фильм "Бакенбарды" про общество фошЫствующих пушкинистовЪ? На самом деле натуральный ЕСМ. Но да я не про это. НУЖНО ВООБЩЕ ОТМЫСЛИТЬ ВСЮ ЭТУ ДЕМОКРАТИЧЕСКУЮ МИФОЛОГИЮ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX в., ВСЕЦЕЛО СОЗДАННУЮ ИНТЕЛЛЕГЕНТСКОЙ МРАЗЬЮ: БЕЛИНСКИМ (беленьким, CMYK=Cyan-0,Magenta-0,Yellow-0,black-0), ЧЕРНЫШЕВСКИМ (черненьким. CMYK=Cyan-0,Magenta-0,Yellow-0,black-100) и НЕКРАСОВЫМ (untitled, или непокрашенным, опция недоступна). Забыть и не вспоминать. В XIX в. "реакционная", то есть НАША критика считала лучшим поэтом Кукольника (это на его слова Глинка написал "Путевую песнь" - "Дым столбом, кипит-дымится пароход", помню как еще моя бабушка со сцены пела). Великолепен поэт Федор Глинка (про него, вон, некто Карпец целую книжку еще в 1983 г написал), местами даже алхимичен. Отличный поэт Барков (только мало сохранилось. а что сохранилось - искажено народной передачей). Катенин, даже Рылеев и Радищев (несмотря ни на что), сумасшедший Батюшков, Баратынский, адмирал Шишков (Шиш Брянский того времени). Вот она, русская поэзия. Михайло Ломоносов, конечно. А Сковорода! Но это я уже в XVIII в. потихоньку полез. А из позднего XIX в. - Случевский и даже Фет, пожалуй. Да и лучший (не считая Гоголя, конечно, то есть единственной фигуры, где наше мнение с демократами парадоксально совпадает) прозаик XIX в., Лесков, был затравлен и принижен демократической сволочью. Как хорошо, что всех этих гадов "златовратских" и "успенских", всю эту натуралистскую сволочь забыли! Вообще бы про них не упоминать. Туда же на самом деле и Гаршина с Андреевым - тоже демократические кумиры. Вот, пожалуй, только два "демократа" были хороши из русской литературы - Гоголь и Салтыков-Щедрин. И то, никакие они не демократы на самом-то деле.

Олег Фомин, главный редактор портала "АРТАНИЯ"

Администратор портала "АРТАНИЯ"

Лермонтов

Лермонтов -закомплексованный подросток . так и не ставший зрелой личностью.

Не подросток,а

Не подросток,а русский офицер.

Подписываюсь

Подписываюсь под словами Ушкуйника.
Ушкуйник киберпространств аватар

Лермонтов, по

Лермонтов, по крайней мере, был в действующей армии и был участником боевыx действий. И я согласен с мнением Мережковского на его счёт.

А Фаддей

А Фаддей Булгарин?

См пост о

См пост о Лунине и Пестеле.
Ушкуйник киберпространств аватар

Re: НУЖНО ВООБЩЕ

Re: НУЖНО ВООБЩЕ ОТМЫСЛИТЬ ВСЮ ЭТУ ДЕМОКРАТИЧЕСКУЮ МИФОЛОГИЮ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX в., ВСЕЦЕЛО СОЗДАННУЮ ИНТЕЛЛЕГЕНТСКОЙ МРАЗЬЮ Да, Конст. Крылов писал в статье о Салтыкове-Щедрине -"Такое впечатление, что вся русская лит-ра была о том, как бы поскорее убить царя, передушить попов и освободить несчастную Польшу"

В польском

В польском вопросе роль Пушкина все-таки позитивная.Имею в виду "Клеветникам России".
Ушкуйник киберпространств аватар

Думаю, это была

Думаю, это была просто "конъюнктурщина". "Все говорят -и я скажу о Польше."

Позитив не в

Позитив не в том,почему он сказал,а в том,что он сказал это,а не другое.
Ушкуйник киберпространств аватар

"Я считаю, что

"Я считаю, что умный человек всегда заслуживает очень внимательного к нему отношения, дурак же, пусть говорящий правильные вещи, не заслуживают никакого внимания." АГД (последнее интервью с России-3) Так что, по мнению Мэтра, главное -КТО говорит. А ЧТО он говорит -это не так важно.

Настройки просмотра комментариев

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".