К онтологии сбоя: традиционализм

АННА

Два главных акцента делает Дугин, давая определение традиционализму. Оба их можно свести к одному качеству: вынесение какой бы то ни было неприемлемости в суждении за скобки традиционализма. Первый. Одновременно быть адептом традиции (в нашем случае - это Православие и, в некоторых случаях, старообрядчество ) и традиционализма невозможно.

Дугин это (и Генон - хороший тому пример) подробно разъясняет.

Адепт традиции категорически отрицает истину за иной традицией и все остальные виды религиозных учений для него категорически неприемлемы и враждебны, поскольку ложны. Традиционалист весть об истине и божественном видит во всём, вычленяя аналогичные архетипы в самых разных по периоду и географии учениях. Об одних и  тех же богах говорят чукчи, африканцы, египтяне и христиане. Второй. Только традиционализму присущ метод парадигмального анализа. А это значит, что всё фактологическое необходимо рассматривается через его оптику. Тогда плоская, чаще моралистская, нетерпимость к происходящему с современным миром- однозначно неинтересна и неприемлема. Если мы посмотрим сегодня на реакцию молодых «традиционалистов» на мировые события- мы обнаружим лишь бессильную агрессию и слепую нетерпимость. Инициировать размышления на тему «А о чём это и что за этим стоит?» не  представляется возможным.

В конце лекции Дугин говорит о Звере. Точнее о двух зверях. Одна бестия- пост-человек инерциальный, вторая - пост-человек бунтующий; одна- не против ничего (абсолютный инерциальный конформизм), вторая- против всего (абсолютный и активный радикализм).

И, заключает Дугин, приближение и открытие Радикального Субъекта возможно (вопреки всему нам известному: вся человеческая история конституирована РС) не в топике Человек, но в топике Бестия.  И задача, осмысляющего тему РС найти ключ, т.е. приблизиться к опыту  различения двух бестий и\или их деяний.

И ещё… Есть подозрение, что узор, который выткан РС в исторической ретроспективе имеет некие аналогии и… в микрокосме. Можно предположить, что человек идёт неким сходным маршрутом, очищая внутри себя нечто очень и очень субтильное, чей посыл из-за чудовищной захламлённости его нутра, практически невозможно «схватить».

Дугин указывает на, в том числе,  «санационное» качество пост-модерна- «феликс кульпа». И тут мы вспоминаем не только герметическое «посети недра земли и очистишься, но и другую лекцию Дугина - «Онтология антихриста».  Она начинается тем же разъяснением об истоках и сущности традиционализма и заканчивает заявлением, что вероятно индивидуальный опыт антихриста возможен.

Можно продолжить рассуждения: что есть опыт антихриста и что есть раскрытие радикального субъекта? Интересно, что в то время, как в премодерне антихрист уже известен, РС – ни в коей мере. И вот какую загадочную фразу говорит в связи с этим Дугин (на 01:10 мин лекции): «в премодерне мы пролетаем РС, поскольку духовный субъект - а яйцо тогда открыто сверху- соприсутствует человечеству и всё собой заполняет».

Другими словами - в Традиции нет РС. Дугин утверждает, что ему нет места в онтологии, антропологии и традиции. Но раскроется он лишь в пост-модерне в пост-человечестве, а значит в мире Князя при условии яйца , открытого снизу…

Как всё это понимать и осмыслять молодым традиционалистам и  адептам православной традиции?

Темы, поднимаемые Александром Гельевичем, чрезвычайно важны, актуальны и эсхатологичны. Посему с неразберихой этой следует нам всем разобраться, иначе нас накроет глухота к его дальнейшему мэседжу.   Кто мы - Православные или традиционалисты?