*Иеромонах Владимир (Утегенов): О возобновлении православной миссии среди казахского народа*

В свете праздничного 2000 года от Р.Х., необходимо отрадно сказать несколько слов о проповеди христианства на территории Казахстана.
Всякий раз, когда совершается Таинство Крещения, мы слышим слова Спасителя в Евангелии от Матфея, обращенные к его ученикам: “Шедше убо  научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа...” (Мф. 28, 19). Эти слова по особому звучат, вернее открываются своей  вечной новизной, когда в Церковь приходят те, кто традиционно связывает свой народ не с христианством, а с какой-либо другой религией.
Как известно, казахский народ обычно рассматривают в религиозном плане как носителя ислама, да и сами казахи в большинстве своем считают  себя мусульманами. Поэтому для многих слово “возобновление”, поставленное в заголовке данного доклада, может показаться неуместным.  Однако именно вопрос о возобновлении православной миссии ставит перед нами современный мир и сегодняшний Казахстан.
Сначала хотелось бы коснуться истории христианства в Средней Азии и Казахстане. Вот что говорят нам историки.
Распространение христианства в Казахстане тесно связано с политической и культурной историей народов Средней Азии, Ближнего и Среднего  Востока. Здесь важную роль играл Великий шелковый путь, северное направление которого переместилось в VI-VII вв. на территорию Южного  Казахстана и Семиречья, где находились центры Западно-Тюркской империи, происходило бурное формирование и развитие городов Отрар,  Тараз, Навакент, Испиджаб. На всем протяжении этого пути неизменно встречаются памятники сирийской письменности, сирийского христианства.  Наиболее ранним считается сообщение о христианах Мерва (территория современного Туркменистана), где в начале IV в. создается епископство,  упоминаемое в источниках с 334 г. Эта дата позволяет нам говорить, хотя бы формально, о православии первого мервского епископа, т. к. только в  431 г. на соборе в Ефесе было осуждено несторианство, ставшее впоследствии принадлежностью сирийских христиан. В начале V в. это уже  митрополия, функционируют храмы и монастыри не только православных, как их называют - мелькитов - “царских людей”, т. е. исповедующих  официальную веру Византийской империи, но и различных сект. В Мерве обнаружен христианский некрополь, захоронения в котором велись с III  по VI века. Предполагается, что небольшой монастырь, раскопанный там же, построен в IV в., принадлежал мелькитам (т. е. православным),  покинувшим его в середине VI в. возможно под напором несториан. Именно отсюда, из Мерва, в VII-VIII в. несторианство распространяется в  городах Южного Казахстана и Семиречья. Во многих городах имелись христианские церкви. При патриархе Тимофее (780-819) христианство было  принято царем тюрок, на рубеже IX-X вв. была образована особая карлукская метрополия, в Таразе и Мерке действовали христианские церкви,  христиане проживали в городах по Сырдарье. Известно о христианах илийской долины, которые имели свою церковь и селение в Каялыке, есть  свидетельство о существовании здесь трех храмов, принадлежавших несторианам. В период арабского господства, в XI в. халифом было  постановлено, чтобы епископы яковитов и мелькитов (православных) подчинялись несторианскому католикосу и исполняли его эдикты. С конца X  в. католикос несториан утверждался халифом.
Кроме несториан, яковитов и православных (мелькитов), известны здесь и армяне-григориане. На каталонской карте мира, острове Майорка (XIV  в.), на берегу озера Иссык-Куль изображено здание, увенчанное крестом, и указывается, что это монастырь армянских братьев, где хранились  мощи святого апостола и евангелиста Матфея.
Несторианский патриарх Илия III (XII в.) добился учреждения митрополии в Кашгаре и Навакенте (развалины города рядом с Бишкеком); в состав  этой митрополии входило Семиречье. О том, что Семиречье было излюбленным местом христиан, говорят повествования Марко Поло и Рубрука,  находки около 700 несторианских эпитафий на кладбище около Бишкека. На надгробных камнях высекали крест и надписи на сирийском, а иногда  и на тюркском языках. Надписи в большинстве случаев придерживаются Слевкидского летоисчисления. Судя по тюркским именам, христианскую  веру приняли много представителей тюркского мира.
В XIII-XIV вв. в урочище Кара - Жигач (около Бишкека) располагался город Тарсакент, буквально - “город христиан”.
Все такого рода исторические данные можно рассматривать как свидетельства первоначальной миссии христианской веры на территории  нынешнего Казахстана и Средней Азии, населенных тюркскими племенами, потомками которых является и казахский народ. Большинство данных  говорит о несторианстве, которое как ересь, по-видимому, и не могло дать должного плода своей миссии. Что касается православия, то  Византийская империя уже не имела возможности в силу политических обстоятельств поддерживать именно православную миссию в столь  отдаленных от ее границ территориях.
Теперь перейдем ко второй странице истории православной миссии в Казахстане, которую уже открывает более близкий нам по времени XIX в.  Теперь - Православная Российская империя дает начало свидетельству Православия среди казахского народа.
Еще известный алтайский миссионер архимандрит Макарий (Глухарев) начал интересоваться казахами во время своих кочевий. Есть данные, что  уже в 20-х годах XIX в. в Святейшем Синоде ставился вопрос о создании Киргизской миссии (казахов называли киргизами), время считалось  благоприятным, целые аулы желали принять православную веру. По разным причинам только через 60 лет утверждается миссия. За это время, по  свидетельству очевидца, исламские проповедники, главным образом из Казани, успели наводнить степь и распространить мусульманство у  казахов. Таким образом, хочется особо подчеркнуть, что ислам в Казахстане имеет только полуторовековую историю.
В 1880 г. руководитель Алтайской миссии архимандрит Владимир (Петров) объехал район Семипалатинска и доложил Священному синоду о  необходимости миссионерства среди казахов. В 1882 г. Синод позволил открыть Киргизскую миссию, как часть Алтайской, миссионером был  назначен священник Филарет Синьковский.
С 1895 г. Киргизская Миссия стала самостоятельной, подчинившись Омскому епископу.
В 1898 г. миссия имела центр в г. Семипалатинске и несколько миссионерских станов в округе.
Деятельность священников-миссионеров состояла прежде всего в непрестанных миссионерских путешествиях по аулам с проповедью Евангелия  на казахском языке, строительстве храмов Киргизской Миссии, устроение миссионерских школ для детей новокрещеных, преподавание в которых  велось на казахском и русском языках. Устраивались диспуты с мусульманскими проповедниками. В храмах миссии службы шли на казахском  языке, на клиросах обычно пели по-казахски дети новокрещенных. Уже имелись переводы Нового Завета, житий святых, утренних и вечерних  молитв, различных богослужебных песнопений. Перенимался опыт Алтайской миссии по созданию мужских и женских монастырей, которые  принимали новокрещеных послушников и послушниц и приучали их к христианской вере.
Деятельность миссии прекратилась после революции 1917 г. в России. Сейчас нигде в официальных источниках нет и намека о православных  христианах-казахах конца XIX - начала XX вв.
Наше время по особому ставит те же самые вопросы. Миссия XIX в. в Казахстане как части России могла использовать весь механизм  государственной власти православного государства. В этом были свои плюсы и минусы. Например, в дневнике миссионера Буконского стана  священника Ефрема Елисеева описывается случай, когда родственники одного новокрещеного казаха пытались изолировать его от церкви.  Вопрос иногда решался просто - приезжали жандармы и вызволяли невольника.
Сейчас ситуация другая. Во-первых, остается мнение, что казахи должны быть мусульманами, которое поддерживается иноземными исламскими  государствами. Несмотря на это, мы видим очень много казахов в различных сектах протестантского толка, значительно больше, чем в  православных храмах. Одна из причин, как вы знаете - национальный вопрос.
Православие отождествляют только с русским народом, а т. к. Россию обвиняют во всех бедах прошлого и настоящего, то заодно отмежевываются  и от православия. В сектах этой проблемы нет - там христианство дается в американском, германском или южно-корейском варианте. Некоторые  казахи по тем же причинам идут к католикам.
Теперь, что касается православных казахов. Их не так много, по Алматы, по моим скромным подсчетам, около 30-40 активно посещающих храмы.  Общее число казахов, крещенных в Православной церкви, мне не известно, т. к. в храмы многие не ходят.
Совсем недавно группа православных казахов, в основном женщины, обратились с письмом в Епархиальное Управление, в котором излагается  просьба создать Казахский миссионерский православный центр, с целью скоординировать усилия по переводу Нового Завета, и основных молитв  на казахский язык. Надо сказать, что дореволюционные переводы, о которых упоминалось выше, если и существуют, то только в архивах.
Речь шла также о возможности службы на казахском языке в особом храме или в одном из храмов города. Мое личное мнение, что в этом нет  необходимости, во всяком случае пока. Хотя, если возвратиться в XIX в., существовал указ Святейшего Синода от 15 января 1883 г.,  предписывавший повсеместно совершать богослужения для неславянского населения на их радоном языке, но в нем было и одно характерное  ограничение: “Во всяком случае, крещеные инородцы должны смотреть на свои священные и богослужебные переводы собственно как на  пособие к уразумению церковно-славянского текста, который должен служить для них основным и нормальным церковным и богослужебным  текстом”.
Есть некоторые частные вопросы, связанные с проблемой переводов. Всем известны широко распространенные большим тиражом современные  протестантские переводы Нового Завета на казахский язык. Кроме того, что это протестантская редакция, все личные имена даны в арабском  звучании: например, Иисус - Иса, Моисей - Муса, Иосиф - Жусун и т. д. Это, конечно же, ориентация на Коран.
Если взять православный перевод, изданный Киргизской миссией в XIX в. в Казани, здесь имена даны как и в церковно-славянском тексте, но  многие слова взяты из татарского языка или устарели. Кроме того, представляет некоторую трудность устаревшая орфография.
В заключение, хотелось бы отметить, что Православие по природе носит миссионерский характер. Свидетельство о православии несет всякий  православный храм, где бы он ни находился. Проповедь Евангелия и среди казахов осуществляет каждый священник на своем приходе своим  ревностным служении. Благолепие храма, красота Богослужения, церковного пения, все то, о чем заботится каждый священник - есть  одновременно и миссионерство. Можно вспомнить послов святого князя Владимира, которые, не зная ни греческого языка, ни смысла молитв,  находясь в святой Софии Константинопольской - храме всех храмов, узрели небесную Божественную красоту, что и определило выбор для Руси  православной веры.

Шайтан, уходи!

О. Валентин Сазонов рассказал забавный и поучительный эпизод из жизни митрополита Иосифа (Чернова), услышанный им от одной пожилой  прихожанки Никольского Собора по имени Татьяна, которая была духовным чадом Владыки (возможно, кто-нибудь из наших читателей ее помнит:  у нее были больные ноги и ее возили в инвалидной коляске).
Один пожилой казах переходил однажды по мосту речку Весновку в районе улицы Сатпаева. Ступил на мост и обомлел - на перилах шайтан сидит  и на него смотрит. Собрался с духом старик и крикнул ему: “Эй, шайтан, уходи!”
А он не уходит. Взмолился старик: “О, Аллах, помоги, помоги прогнать шайтана! Шайтан, уходи!” А шайтан все равно не уходит.
Вспомнил тогда пожилой человек, что где-то здесь недалеко “русский бог” живет - так звали казахи русского архиерея. Там недалеко было до  архиерейского дома, где жил Владыка Иосиф. Прибежал к нему старик, объяснил ситуацию: “Отец, помоги!” Владыка отвечает: “Ты скажи ему:  “Христос воскрес!” - и увидишь, что будет. Повтори сейчас, да не забудь по дороге”.
Идет старик и повторяет: “Христос воскрес!” Однако пока дошел - забыл. А шайтан сидит, будто дожидается. Тогда старик выпалил ему так, как  вспомнил: “Сукрест накрест!”
И шайтан мгновенно пропал.
...Через неделю старик привел в Никольский Собор всю свою семью креститься...

Вопрос из зала к Владыке:

Можно ли иноверцам, или казахам, дать освященной воды, помазать их святым елеем, прочитать молитвы?
Владыка: Можно и нужно! Долг священника – преподавать, утешать, укреплять. Эта наша живая, прямая обязанность. Нередко приходится  сталкиваться с таким явлением: имам или мулла говорит: “Я в этом не могу тебе помочь, иди к “урус молла” – у него проси помощи”. И когда  приходят к вам, не надо ставить условия – отрекайся от своей веры и принимай нашу”. Дайте то, что он просит, помня о том, что Бог-Отец есть Бог  и Любовь для всех. Не отказывайте: доброе семя благодати, вами посеянное, со временем приносит плод добрый. У русских был князь Владимир,  который повел крестить всю Русь, и за которым она пошла. И возможно, со временем появится такой человек из среды казахов, за которым  пойдет народ в Православие… А нам всегда и везде надо являть любвеобильный облик христов…

На фото: Святовознесенский кафедральный собор в Алматы.

Источник: http://www.orthodoxy.ru/svet/epr/epr.htm (Web-архив)